Препараты, используемые миллионами американцев для лечения болезни Паркинсона и синдрома беспокойных ног, могут провоцировать «девиантное» сексуальное поведение, включая педофилию, однако врачи зачастую не предупреждают пациентов о таких побочных эффектах. Об этом свидетельствуют данные, полученные BBC, которые включают отчеты о случаях такого поведения, связанного с приемом агонистов дофамина, пишет RTVi.
Эти препараты, имитирующие действие дофамина — «гормона удовольствия», могут вызывать расстройства контроля импульсов, такие как гиперсексуальность, клептомания, игромания и шопоголизм, при этом пациенты остаются в неведении о причинах своих действий.
Агонисты дофамина, например, ропинирол, широко применяются для лечения двигательных расстройств, включая болезнь Паркинсона и синдром беспокойных ног. Однако, как выяснилось, эти препараты могут чрезмерно стимулировать центры удовольствия в мозге, одновременно снижая способность оценивать последствия своих действий.
Это приводит к расстройствам контроля импульсов, которые, по данным одного из исследований, развиваются у 13−24% пациентов с болезнью Паркинсона, принимающих такие препараты. Хотя в инструкциях к лекарствам упоминаются возможные изменения сексуального поведения, многие пациенты и врачи не обращают на это внимания.
Случаи девиантного поведения, связанного с приемом агонистов дофамина, были зафиксированы еще в 2003 году. В отчете компании GSK, производителя ропинирола, описывались два случая: 63-летний мужчина, принимавший препарат, совершил сексуализированное насилие над 7-летней девочкой, а 45-летний мужчина совершил «неконтролируемые акты эксгибиционизма и непристойного поведения». В обоих случаях либидо пациентов резко возросло после начала лечения, но симптомы исчезли после снижения дозировки. Несмотря на это, предупреждения о таких побочных эффектах появились в инструкциях только в 2007 году.
Женщины, принимавшие агонисты дофамина для лечения синдрома беспокойных ног, также столкнулись с серьезными последствиями. Клэр, одна из пациенток, рассказала, что через год после начала приема ропинирола у нее появились непреодолимые сексуальные позывы. Она регулярно стала демонстрировать незнакомым мужчинам свою обнаженную грудь сквозь прозрачный топ, хотя у нее был партнер. В голове оставалось понимание, что это неправильно, но она не могла себя контролировать. После отмены препарата ее поведение нормализовалось.
Другая пациентка, Сара, начала принимать агонист дофамина в 50 лет и столкнулась с резким увеличением либидо. Она начала продавать свое нижнее белье и откровенные видео, организовывать телефонный секс с незнакомцами и бесконтрольно тратить деньги, накопив долг в 30 тыс. долларов. Чтобы справиться с последствиями, она начала принимать опиоиды и снотворное и в итоге потеряла работу и оказалась в реабилитационном центре.
Профессор нейропсихиатрии Кембриджского университета Валери Вун отмечает, что такие случаи часто остаются незамеченными из-за чувства стыда, связанного с подобным поведением.
«Люди не осознают, что это может быть связано с приемом лекарств», — говорит она.
Она призывает к более четким предупреждениям и скринингу таких побочных эффектов, так как их последствия могут быть разрушительными.
В 2011 году четыре пациента с болезнью Паркинсона подали коллективный иск против компании GSK, в котором утверждали, что ропинирол привел к игровой зависимости и разрушил их личную жизнь. Они также заявили, что компания знала о связи препарата с такими поведенческими изменениями с 2000 года, но не предупреждала об этом до 2007 года. Иск был урегулирован, но GSK отрицала свою ответственность.
В заявлении для BBC компания GSK подчеркнула, что ропинирол прошел обширные клинические испытания и имеет «хорошо изученный профиль безопасности».
«Как и у всех лекарств, у него есть потенциальные побочные эффекты, и они четко указаны в инструкции по применению», — заявили в компании, отметив, что за все время препарат был назначен для 17 млн курсов лечения и доказал свою эффективность.
Эксперты считают, что необходимо улучшить информирование пациентов и врачей о возможных побочных эффектах агонистов дофамина. Консультант-невролог доктор Гай Лешцинер подчеркивает, что эти препараты остаются важным инструментом в лечении двигательных расстройств, но их применение должно быть более осознанным и контролируемым.