Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Взрослого мужчину невозможно увести из семьи». Экспертка о том, почему в комментариях набросились на убитую беременную минчанку
  2. Лукашенко уволил главу милиции Витебской области
  3. «Даже не собираюсь». Родителей школьников попросили сообщить, сколько они зарабатывают
  4. «Надеюсь на чудо, возможно, ошибка или что-то еще». Экс-вратарь сборной Беларуси — о сыне, которого подозревают в убийстве беременной
  5. Малярша смогла за год накопить на однушку в Минске и рассказала, как это у нее получилось. От реакции комментаторов у нее был шок
  6. «Ты уже в панике не понимаешь, что делать». Что творится с арендой жилья в Минске
  7. «Открытие дверей тюрем — лишь первый шаг. Нам необходима политическая амнистия». Тихановская — о визите Коула в Минск
  8. «Почему вселенная вам не посылает такого мужчину?» Жена близкого к власти очень богатого бизнесмена учит женщин, как найти миллиардера
  9. Кто стоит за «гусем», о котором говорил Лукашенко? Программист из Витебска, создавший чемпиона Беларуси
  10. Визовый центр Италии в Минске приостановил регистрацию новых заявителей в лист ожидания
  11. Ребенка не пустили в развлекательный центр из-за одной подписи. Оказалось, так нельзя
  12. Комитет по здравоохранению ответил минчанке, которая пожаловалась на тяжелые роды в 5-м роддоме Минска
  13. Синоптики предупредили о погодной опасности в среду
  14. «Фактически в окружении». Российская армия впервые за долгое время потерпела крупное поражение на Донбассе
  15. Каким образом Николай Лукашенко мог одновременно учиться в Китае, служить в армии, а потом и летать с отцом в командировки — эксперт
  16. Спецпосланник Трампа по Беларуси Джон Коул прибыл в Минск на переговоры с Лукашенко
  17. Неделя с максимальными шансами на обвал доллара: что произошло? Прогноз курсов валют
  18. Служил в Иране, был против войны, создал Василя Быкова. Пять пунктов о классике, чье имя вам наскучило со школы — а зря
  19. Посол Армении не вернется в Беларусь, пока Ереван не получит объяснений или извинений за слова Лукашенко — спикер армянского парламента


/

В Беллегпроме снова пожаловались на секонд-хенды, которые снижают конкурентоспособность отечественных производителей. «Зеркало» спросило читателей, почему они закупаются в таких магазинах. Оказалось, что главный критерий — цена. Но людям важно также иметь альтернативу и доступ к «эксклюзивным» моделям.

Иллюстративный снимок. Фото: TUT.BY
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

В Беллегпроме подчеркнули, что магазины одежды, бывшей в употреблении, им не конкуренты. Но вместе с тем пожаловались, что они, как утверждается, везут в Беларусь новые вещи. «Вот это несправедливо, снижает конкурентоспособность нашей продукции», — заявила заместительница председателя концерна Наталия Мороз.

Судя по рассказам наших читателей, главная причина привлекательности секонд-хендов — это цены, а также то, что «можно что-то выбрать», а иногда найти вещи «в идеальном состоянии» и «по качеству на две головы выше отечественной продукции, хотя цена — копейки». Некоторые рассказали, что не видят смысла покупать одежду в обычных магазинах, потому что там она часто существенно дороже, и что на отечественный легпром «цены просто кошмар».

По словам покупателей, костюм в магазине отечественного легпрома может стоить до 300−500 рублей, тогда как в секонде за те же деньги реально полностью обновить гардероб. Кроме того, в отличие от «однотипного ассортимента» торговых сетей, в секонд-хендах легко найти что-то необычное и оригинальное.

Некоторые читатели отметили, что нередко это вещи массмаркета, включая европейские бренды Zara, Tommy Hilfiger, Pull&Bear. Например, мужские джинсы находят за 10−30 рублей. А в обычных магазинах «категорически жалко отдавать столько денег», сколько сейчас стоят новые вещи.

Напомним, представители Беллегпрома ранее неоднократно высказывали недовольство торговлей секонд-хендом, указывая на то, что это усложняет условия для работы отечественных предприятий.

В прошлом году Евросоюз ввел новый пакет санкций против Беларуси, кроме прочего, он подразумевал запрет на поставки в нашу страну секонд-хенда. В Беллегпроме прогнозировали, что его заместит продукция «другого мира», а также что такие товары будут дорожать из-за более сложной логистики.