Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  2. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  3. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  4. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  5. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  6. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  7. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  8. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  9. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  10. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  11. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  12. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  13. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  14. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  15. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  16. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  17. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»


Минимум 300 политзаключенных в Беларуси вышли на свободу, полностью отбыв свой срок. Количество политзаключенных в стране в разы выше, чем указывают правозащитники, — многие кейсы до них не доходят из-за тотального страха семей. Об этом рассказала представительница по социальным вопросам Объединенного переходного кабинета Ольга Горбунова во время «Канферэнцыі беларусаў свету II», которая проходит в Вильнюсе.

Представительница Объединенного переходного кабинета Ольга Горбунова. Фото "Зеркало"
Представительница Объединенного переходного кабинета Ольга Горбунова. Фото: «Зеркало»

Ситуация с правами человека в Беларуси ухудшается. По статистике правозащитного центра «Весна», в течение 2022 года ежедневно было минимум 17 задержаний, а в марте 2023 года среднее количество в сутки выросло до 22 случаев, рассказала Ольга Горбунова. Но точное количество заключенных по политическим мотивам в стране неизвестно. Ранее представительница по социальным вопросам Объединенного переходного кабинета называла возможное число около 5 тысяч человек.

— Люди в Беларуси находятся в постоянном страхе, они не сообщают ни СМИ, ни блогерам, ни правозащитникам фамилии своих близких, которых задержали. Они опасаются, что их могут лишить последней надежды на выход из мест лишения свободы, на переквалификацию статьи, на возможность уйти на «домашнюю химию», — рассказала бывшая политзаключенная. — Те, кто сидит сейчас, до освобождения могут не дожить. Это связано с нечеловеческими условиями содержания, пытками, насилием.

По данным «Весны», в местах лишения свободы на начало года содержалось 74 человека с инвалидностью и тяжелыми заболеваниями, около 25 пенсионеров. По ее словам, нередко людей судят не по политическим статьям, что усложняет возможности отнести их к политзаключенным.

— Государство маскирует политическое преследование иными статьями Уголовного кодекса. Правозащитникам известно 11 кейсов, когда вменяют распространение порнографии, основываясь на личной переписке людей.

С августа 2020 года более 300 человек вышли из заключения, полностью отбыв свои сроки, это без учета тех, кто отбывал наказание на «химии».

Страх распространяется на людей, которые оказывают помощь политзаключенным или их семьям, отметила Ольга Горбунова: «Они живут в постоянном страхе, с постоянным чувством вины за абсолютное ощущение бессилия и безнадеги».

А семьи нередко отказываются от финансовой помощи, даже если в ней нуждаются, лишь потому, что они боятся общаться с незнакомыми людьми или активистами.

— Это создает барьер, когда даже если ты очень хочешь помочь, тебе сложно найти каналы, через которые такую помощь можно оказать.

Почему важно писать письма?

Письма до политзаключенных часто не доходят, но писать их важно, подчеркивает бывшая политзаключенная.

— В первые месяцы моего заключения я получала по пять-шесть писем в день. Потом, конечно, переписка блокируется. Но важно быть честным с самими собой. Для кого мы делаем эти акции? Мы делаем их для представителей режима, чтобы они увидели, что мы помним политзаключенных, мы выражаем солидарность с ними, — заявила представительница Кабинета. — Мы делаем это для этого, чтобы режим знал, что мы всех помним. Но мы не делаем это для заключенных, потому что до них не доходит эта информация. Даже Эдуард Бабарико — единственный неосужденный, который сидит почти три года, — говорит о том, что, ему кажется, его уже никто не помнит, потому что было много задержаний после него и многое изменилось. Рационально ты пытаешься себя убедить, что, наверное, пишут, но это так не работает — ты все равно думаешь, что тебя забыли и с тобой остались только твои родственники.