Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Актриса обвинила в сексуализированном насилии актера Депардье и писателя Уэльбека
  2. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  3. Экс-политзаключенный Северинец: «Сяргей Ціханоўскі перайшоў чырвоную рысу»
  4. Беларусы массово ищут в Google «военнообязанный». В чем причина?
  5. Беларусский политический аналитик рассказал о попытке вербовки со стороны КГБ
  6. Политологу Алине Харисовой сделали предложение — она сказала «да». Кто ее избранник
  7. В Беларуси даже подаренная квартира может стать общей при разводе. Юристка объяснила почему
  8. «Убедительно просим вас помочь». Многодетная минчанка попросила у Лукашенко машину
  9. В Минске будут судить 16 участников секты «ИВДИВО». На допросах они утверждали, что общаются со «смотрящим» за нашей планетой
  10. «Это такая мелкая, мерзкая месть Романа». Софья Сапега рассказала, как ее обманом сняли для передачи Протасевича
  11. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  12. У забора резиденции Лукашенко вырос небольшой квартал «для своих». Даже у магазина там непростые владельцы
  13. Будущих призывников больше не будут отправлять в спецгруппу по физкультуре. Минздрав поменял правила для школ и вузов
  14. Вы слышали имя Шир Хайт? Она написала книгу о том, как получают оргазм женщины — за это ее затравили так, что пришлось уйти в тень
  15. Витеблянин, на которого пожаловались из-за «прожарки» коллеги на закрытом мероприятии, рассказал, чем закончилась история
Чытаць па-беларуску


В Польше в июне намекнули Минску на вероятность закрытия работающих пунктов пропуска для автотранспорта. А в начале июля Варшава «дала сигнал» о том, что железнодорожный транзит из Беларуси в ЕС может быть перекрыт. Как такое решение Варшавы могло бы повлиять на беларусскую экономику, «Зеркало» спросило старшего научного сотрудника BEROC Дмитрия Крука.

Граница Польши с Беларусью. Фото: twitter.com/Straz_Graniczna
Граница Польши с Беларусью. Фото: twitter.com/Straz_Graniczna

Прямой эффект не очень большой

Напомним, в июне глава МИД Польши Радослав Сикорский заговорил о рассматриваемом варианте закрытия оставшихся двух пунктов пропуска на границе с Беларусью. Это вызвало необычную для последних лет реакцию беларусского МИД — вместо ответных гневных упреков там заявили о готовности обсуждать безопасность на границе. А в начале июля Польша фактически блокировала на протяжении 33 часов железнодорожное движение на крупном таможенном терминале в Малашевичах на границе с Беларусью — чтобы Беларусь «сделала выводы». В этом случае ответа от Минска не было.

Экономист Дмитрий Крук выделяет два типа эффектов, которые оказала бы блокировка железнодорожного транзита между Беларусью и Польшей: прямые (которые повлияли бы на экономику прямо сейчас) и косвенные (которые проявились бы позже).

Те, которые можно отнести к первой группе, были бы не очень значимыми, считает Дмитрий Крук. Так как в Беларуси большая часть статистики стала недоступной, невозможно точно посчитать, какой вклад в ВВП обеспечивает железнодорожный транзит. Но расчеты, сделанные экспертом по косвенным данным, показывают, что даже при самом худшем сценарии это не более 1,5% ВВП. Это столько же, сколько экономика потеряла за счет сжатия транспортной отрасли с 2019 по 2023 год. При этом прямой эффект был бы до 0,5% ВВП.

— Это не столь критично. То есть эффекты не такие масштабные, например, как те, которые оценивались в связи с экспортными ограничениями нефтепродуктов, калия, древесины сразу после начала войны, — комментирует Дмитрий Крук. — Плюс важно понимать, что это максимально возможный ущерб, но это не означает, что он был бы нанесен именно таким. Режим не будет сидеть сложа руки, а будет искать обходные пути [которые частично сгладят удар].

Аналитик добавляет, что если в Варшаве решат закрыть возможности и для автомобильных грузоперевозок, то в этом случае общие потери доходили бы до 2,5% ВВП.

Закрытие транзита может навредить интересам Китая

Вторая группа — косвенные эффекты, которые могут проявляться в более длительной перспективе. Они тесно связаны с Китаем, говорит экономист.

— Китайский интерес к Беларуси во многом зиждется на важности для него беларусской части сухопутного железнодорожного пути. Через этот маршрут, по разным данным, проходит от 5% до 10% китайского экспорта в Европу (я склоняюсь к оценке 5−6%). На первый взгляд, это не супербольшая цифра. Но для Пекина проект «Один пояс — один путь» и налаживание всевозможных логистических маршрутов сами по себе ценные.

К тому же, продолжает эксперт, сейчас интерес к беларусскому маршруту вырос. Во-первых, последние два года заметно ослаб рост китайской экономики, и в Пекине хотят вернуть его если не до 7−8%, как это было раньше, то хотя бы устойчиво иметь прибавку свыше 6%. Во-вторых, железная дорога важна при замещении морских поставок — если там возникают проблемы, как, например, в период атак йеменскими хуситами торговых судов. В связи с этим риском железнодорожные маршруты стали более важными не только с точки зрения скорости, но и безопасности.

— Иметь железнодорожную замену, пусть и не совершенную, гораздо важнее, чем в обычные времена. Поэтому появление дополнительных барьеров и здесь может привести к замкнутому кругу проблем в путях поставок. Это очень волнует Китай, — говорит экономист.

При чем тут Беларусь

Экономист говорит, что беларусские власти сделали ставку на Китай, желая получить в его лице протектора.

— То есть добиться симпатии, расположения Пекина для того, чтобы хоть и незначительно, но уравновесить влияние России, — говорит Дмитрий Крук. — Но путь к сердцу Китая лежит прежде всего через экономические составляющие — здесь речи о дружбе, братстве и лежании в окопах особо не работают. Китаю надо предлагать то, что ему интересно из экономико-стратегических и отчасти политических соображений. Чем Беларусь может и уже отчасти его заинтересовала, так это именно этим промежутком наземного железнодорожного пути.

Железнодорожный транзит китайских грузов через нашу страну эксперт называет той самой опорой, на которой держатся остальные направления взаимоотношений — инвестиции, кредиты.

— По большому счету, обеспечение транзита для беларусских властей — это если не джокер, то козырный валет или дама в руках в отношениях с Китаем. С их позиции угроза возможности транзита означает, что у них неожиданно эту самую козырную даму вырывают из рук — и они остаются без внятных аргументов в этом представляющем для них большую важность потенциальном диалоге с Китаем.

Закрытие границы лишает Минск надежды на поддержание той части экономического роста, которая обеспечивалась за счет китайских проектов и интересов.

— Если транзит вдруг исчезнет, то вполне допускаю, что ручейки, даже небольшие, китайских инвестиций вовсе иссякнут. То есть эта связка [с интересами Китая в транзите через Беларусь] может добавить беларусской экономике куда больше проблем.