Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  2. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  3. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  4. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  5. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  6. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  7. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  8. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  9. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  10. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  11. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  12. «Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?» Экс-политзаключенный рассказал о самом «удивительном» запрете в колонии
  13. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  14. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  15. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  16. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  17. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд


Сегодня сотрудники КГБ и СОБРа задержали жительницу Калинковичей, рядом с домом которой было снято видео падения беспилотника. Силовики обвиняют женщину в «сотрудничестве с экстремистскими ресурсами». Все потому, что ролик о происшествии сначала появился в местных чатах, а затем был опубликован в независимых медиа и телеграм-каналах. Юристка Мария Колесова-Гудилина в колонке для «Зеркала» рассуждает о том, где сейчас беларусский режим проводит границу дозволенного и почему в нашей стране вместе с правом исчезло понятие равенства всех перед законом.

Силовики у дома жительницы Калинковичей. Скриншот: t.me/vvmvdrb
Силовики у дома жительницы Калинковичей. Скриншот: t.me/vvmvdrb

Мария Колесова-Гудилина

Юристка

Президентка Беларусской ассоциации адвокатов прав человека. В мае 2022 года беларусский Минюст лишил ее лицензии. Защищала Евгения Юшкевича и других политзаключенных. В разное время была адвокатом Тимы Белорусских и Моргенштерна.

«При коллапсе права даже общение с родственниками может быть расценено как преступное действие»

Сейчас вопрос о границах дозволенного в Беларуси стал очень сложным. Правозащитники постоянно отслеживают тренды законодательства, но в настоящее время приходится следить и за практикой применения законов.

Такое происходило и до 2020 года. В какие-то годы силовики увлекались преследованием коррупционеров, потом у них появился тренд сажать людей по «наркотическим» статьям. После протестов стала актуальной новая тенденция, сохраняющаяся до сих пор — преследование по политическим мотивам.

Также сейчас они полюбили сначала признать какое-то медиа «экстремистским формированием», а потом преследовать тех людей, которые что-то сообщают журналистам, обвиняя их в содействии.

Не хочется пугать людей, живущих в Беларуси, но тенденция такова: снимая видео и выкладывая его даже в локальный чат в каком-нибудь мессенджере, нужно быть готовым к тому, что это может быть расценено как преступление только на основании того, что видео может как-то помешать государству.

В нормальной стране, если вы сняли падение и взрыв «Шахеда» на видео, а затем отправили его своим соседям или разместили в социальных сетях, то это является исполнением вашего права на распространение информации и предупреждением других людей об опасности. Но Беларусь существует в ненормальных условиях, условиях отсутствия верховенства права.

При коллапсе права даже общение с родственниками может быть расценено как преступное действие. К сожалению, это реальность.

Все это выглядит как какая-то плохая версия системы прецедентов: мы вас задержим, а потом придумаем, за что. Понять, что человек что-то нарушает, сейчас можно только после того, как его начали преследовать силовики.

Сейчас о практике мы узнаем уже по факту преследования за, казалось бы, совершенно безобидные вещи — попытки сохранить безопасность и жизнь расценивают как преступление.

Раньше это было бы просто свидетельством происшествия, как северное сияние снять, а теперь все время нужно помнить о том, что любую публикацию в социальных сетях, чатах и даже сообщения в мессенджерах могут признать неугодными государству.

До 2020 года юристам было проще работать, потому что существовали разъяснения и комментарии к Уголовному кодексу, которые можно было прочитать и понять, что является преступным действием. Например, когда-то, если человек покурил сигарету с марихуаной и передал ее другому, то это считалось распространением наркотиков. Затем практика изменилась, и при определенных условиях это может считаться совместным потреблением, за что меньшая ответственность.

«Если вы сотрудник силовых структур, то многие вещи вам будут прощены»

Но в Беларуси нет не только права. Вместе с ним исчезло понятие равенства всех перед законом. Например, депутат Олег Гайдукевич выкладывает в телеграм-канал свое причинное место, но никакой реакции силовиков на это мы не видим. Если бы так сделал обычный человек, то его бы посадили за изготовление и распространение порнографических материалов.

Или пропагандист Григорий Азаренок может какими угодно словами обзывать оппонентов власти, но по ст. 130 УК за разжигание социальной или иной вражды его к ответственности почему-то не привлекают, хотя других по ней сажают. Все из-за того, что в своем лице Азаренок отображает государство и работает на государственном канале.

В принципе, равенства всех перед законом в Беларуси нет давно, но сейчас это стало совершенно выразительно. Если вы сотрудник силовых структур или представитель государственных СМИ, то, вероятнее всего, многие вещи вам будут прощены.

Мне сложно спрогнозировать, в чем в итоге обвинят задержанную в Калинковичах женщину — в содействии «экстремистскому формированию» или в работе на какие-то иностранные спецслужбы. Хочется надеется, что все же ее отпустят, потому что очевидно, что ничего преступного она не совершала.