30 августа в мире отмечают Международный день жертв насильственных исчезновений. Он был учрежден Генеральной Ассамблеей ООН в 2010 году. Ранее, в 2006 году, была принята международная конвенция о защите всех лиц от насильственных исчезновений. Беларусь, по данным правозащитников, данный документ не подписала.
В конвенции насильственные исчезновения определены как «аресты, задержания и похищения людей представителями государства или же группами лиц, действующими с разрешения государства, при последующем отказе признать факт лишения свободы или сокрытии данных о судьбе и местонахождении исчезнувшего человека».
В Беларуси есть подобные факты исчезновения людей: в сентябре 1999 года пропали бывший министр внутренних дел Юрий Захаренко и вице-спикер Верховного Совета XIII созыва Виктор Гончар, а также предприниматель Анатолий Красовский.
В июле 2000 года исчез оператор российского телеканала ОРТ Дмитрий Завадский.
В причастности к их исчезновению подозревают приближенных к Лукашенко людей: экс-министров внутренних дел Владимира Наумова и Юрия Сивакова, бывшего госсекретаря Совета безопасности Виктора Шеймана и бывшего командира бригады спецназа внутренних войск МВД Дмитрия Павличенко.
Уголовные дела, возбужденные по фактам исчезновения Захаренко, Гончара, Красовского и Завадского, несколько раз приостанавливали и вновь возобновляли. Однако до сих пор нет ответа на вопрос, что случилось с этими людьми, не названы и имена виновных в их исчезновении.
В декабре 2019 года белорус Юрий Гаравский дал интервью немецкому изданию Deutsche Welle. Гаравский заявил, что в 1999–2003 годах он был бойцом белорусского Специального отряда быстрого реагирования и 20 лет назад по приказу сверху участвовал в похищении и убийстве Захаренко, Гончара и Красовского.
Интервью мужчина давал в одной из стран Европы, куда уехал из Беларуси в 2018 году и где попросил политического убежища.
— Павличенко два раза выстрелил в Захаренко в район сердца. Захаренко лежал на животе. Минут 10−15 подождали. Шкиндеров (сослуживец Гаравского. — Прим. Zerkalo.io) нагнулся, потрогал, есть ли пульс. Сказал, что нет. Водитель открыл багажник BMW, там уже была клеенка, мы положили тело в багажник и поехали к Северному кладбищу в Минске. Там крематорий и кладбище друг напротив друга находятся. В крематории нам открыли ворота с другой стороны, куда можно на машине заезжать. BMW заехал прямо в помещение. В нем уже стоял гроб на тележке, положили туда тело. Клеенку положили в ноги, крышкой накрыли и толкнули. И гроб поехал в… ну я не знаю, куда… в печь — не печь… Мы вышли на улицу, закурили, стали ждать Павличенко. Он остался в помещении, — рассказывал немецким журналистам Гаравский.