Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Визовый центр Италии в Минске приостановил регистрацию новых заявителей в лист ожидания
  2. «Открытие дверей тюрем — лишь первый шаг. Нам необходима политическая амнистия». Тихановская — о визите Коула в Минск
  3. Каким образом Николай Лукашенко мог одновременно учиться в Китае, служить в армии, а потом и летать с отцом в командировки — эксперт
  4. Кто стоит за «гусем», о котором говорил Лукашенко? Программист из Витебска, создавший чемпиона Беларуси
  5. «Даже не собираюсь». Родителей школьников попросили сообщить, сколько они зарабатывают
  6. «Почему вселенная вам не посылает такого мужчину?» Жена близкого к власти очень богатого бизнесмена учит женщин, как найти миллиардера
  7. Малярша смогла за год накопить на однушку в Минске и рассказала, как это у нее получилось. От реакции комментаторов у нее был шок
  8. Ребенка не пустили в развлекательный центр из-за одной подписи. Оказалось, так нельзя
  9. Посол Армении не вернется в Беларусь, пока Ереван не получит объяснений или извинений за слова Лукашенко — спикер армянского парламента
  10. «Фактически в окружении». Российская армия впервые за долгое время потерпела крупное поражение на Донбассе
  11. Синоптики предупредили о погодной опасности в среду
  12. Лукашенко уволил главу милиции Витебской области
  13. «Взрослого мужчину невозможно увести из семьи». Экспертка о том, почему в комментариях набросились на убитую беременную минчанку
  14. Комитет по здравоохранению ответил минчанке, которая пожаловалась на тяжелые роды в 5-м роддоме Минска
  15. Неделя с максимальными шансами на обвал доллара: что произошло? Прогноз курсов валют
  16. Служил в Иране, был против войны, создал Василя Быкова. Пять пунктов о классике, чье имя вам наскучило со школы — а зря
  17. «Надеюсь на чудо, возможно, ошибка или что-то еще». Экс-вратарь сборной Беларуси — о сыне, которого подозревают в убийстве беременной
  18. Спецпосланник Трампа по Беларуси Джон Коул прибыл в Минск на переговоры с Лукашенко
  19. «Ты уже в панике не понимаешь, что делать». Что творится с арендой жилья в Минске
Чытаць па-беларуску


Пограничники задержали на границе с Литвой беларуса, который «одобрял убийство сотрудника КГБ», сообщили в пресс-службе Госпогранкомитета.

Пограничные столбы на границе Беларуси и Литвы в Друскининкай, Литва, 4 ноября 2021 года. Фото: Reuters
Пограничные столбы на границе Беларуси и Литвы в Друскининкае, Литва, 4 ноября 2021 года. Фото: Reuters

Сообщается, что мужчина намеревался незаконно попасть в Литву с целью уклонения от уголовной ответственности.

«Установлено, что злоумышленник в 2021 году оставлял комментарии в одном из „экстремистских“ каналов и одобрял убийство сотрудника КГБ Дмитрия Федосюка, произошедшее 28 сентября 2021 года. С февраля этого года мужчина находится в международном розыске как подозреваемый по уголовному делу по ч. 1 ст. 130 УК (Разжигание расовой, национальной или религиозной вражды или розни)», — говорится в сообщении ГПК.

Также пограничники задержали водителя, к которому «обратились беларусы из-за границы для доставки разыскиваемого прямо к госгранице, обещав хорошо заплатить за работу».

Инцидент на Якубовского

28 сентября 2021 года силовики ворвались в квартиру на минской улице Якубовского, произошла перестрелка, в результате которой погибли два человека. Смертельно ранен был сотрудник КГБ Дмитрий Федосюк с позывным Нирвана. Погиб также IT-специалист Андрей Зельцер.

По сообщению КГБ Беларуси, сотрудники пришли в квартиру в ходе «отработки адресов, в которых могли находиться лица, причастные к террористической деятельности». КГБ заявлял, что по сотрудникам открыли огонь из ружья на поражение, а стрелявшего убили ответным огнем.

Следственный комитет возбудил уголовное дело по ч. 2 ст. 139 (Убийство лица в связи с осуществлением им служебной деятельности).

В последующие дни пресс-служба КГБ сообщила, что за комментарии в соцсетях под публикациями о погибших было задержано порядка 200 человек, в отношении них были возбуждены уголовные дела по ст. 130 и ст. 369 Уголовного кодекса.

Для задержанных по «делу Зельцера» ни в ИВС, ни в следственной тюрьме № 8 не принимали передачи в течение более полутора месяцев. Людей ограничивали в переписке, получении посылок и в некоторых случаях — встречах с адвокатами. Причиной таких ограничений сотрудники жодинской тюрьмы называли «карантин по коронавирусу».

Полтора месяца заключенные сидели в переполненных камерах в той одежде, в которой были задержаны, без средств гигиены и теплых вещей.

Правозащитники «Весны» обратились к спецдокладчикам ООН по поводу жестокого и бесчеловечного обращения с задержанными. Обращение было направлено к спецдокладчикам ООН по ситуации с правами человека в Беларуси Анаис Марин, по вопросу о пытках и других формах бесчеловечного и унизительного обращения Нилсу Мелзеру, по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение Ирен Хан, а также в рабочую группу ООН по произвольным задержаниям.

Жену Андрея Зельцера Марию Успенскую обвинили в соучастии в убийстве сотрудника КГБ. Судили Марию как «лицо, совершившее общественно опасное действие», поэтому на суде ее интересы представляла ее мать. Судья Валентина Зенькевич назначила ей принудительное лечение в психиатрическом стационаре.

А журналисту Геннадию Можейко, написавшему заметку о погибшем айтишнике Зельцере, дали три года колонии.