Польша фиксирует резкую эскалацию миграционного кризиса на границе с Беларусью. Растет не только число попыток нелегального проникновения в страну, но и градус агрессии нарушителей. MOST посмотрел кадры штурмов границы с бывшим сотрудником пограничных органов Беларуси, чтобы попытаться ответить на основные вопросы о миграционном кризисе.
Герой материала — Виталий (имя изменено) много лет отдал погранслужбе, но уволился после событий 2020 года. Сейчас он находится в вынужденной эмиграции.
Польское пограничное ведомство все чаще стало фиксировать акты агрессии со стороны мигрантов. Они забрасывают пограничные патрули камнями, крупными сучьями деревьев и подожженными ветвями. А в последние недели избрали новую тактику: портят пограничные столбы и посты, наносят ранения патрульным. Иностранцы стали использовать простейшее оружие: рогатки, ножи, заточки, разбитые стеклянные бутылки. Чтобы ранить польских военных через забор, они приматывают ножи к длинным палкам.
После нескольких инцидентов, один из которых закончился тяжелым ножевым ранением пограничника, Польша приняла решение восстановить в отдельных районах границы 200-метровую буферную зону.
— Что из себя представляет граница с беларусской стороны? Ее можно пройти без помощи пограничников?
— Польский участок границы Беларуси в инженерном отношении оформлен максимально сильно. Это сохранилось еще со времен СССР, когда именно этот участок был внешней границей Союза. По сравнению с Литвой, Латвией и тем более с Украиной он максимально укреплен. Поэтому в предыдущие годы мигранты если и выбирали нелегальный прорыв в Европу через Беларусь, то обычно шли по другим направлениям. Если на польской границе ловили мигранта, это было настоящее событие. Были заставы, где по пять лет ни одного такого инцидента не было.
Наиболее опасные участки были на стыках границы Беларуси с Украиной и Литвой, так как граница с этими странами не оборудована сигнализационным комплексом.
Сейчас все это (штурмы границы — Прим. ред.) происходит на участке линейной заставы. Пограничная полоса обозначена на местности комплексом инженерных сооружений и заграждений. Его основным элементом является сигнализационный комплекс. Системы могут быть обрывные или срабатывающие на замыкание, индукционные, оптоволоконные — в любом случае пограничникам станет известно, что в пограничной полосе кто-то есть. Тревожная группа заставы сразу выезжает на участок, который «сработал». Такого не может быть, что 200 человек находятся в лесу и застава их не видит.
Кроме того, там множество инженерных заграждений. И «спирали Бруно», и «спотыкачи», и прочее.
Попасть в эту полосу просто так невозможно. Там забор, колючая проволока, потом контрольно-следовая полоса.
Даже до 2021 года все крайне редкие, единичные попытки проникнуть нелегально из Беларуси в Польшу опирались на помощь каких-то людей — например какого-то бывшего солдата, который знал участок своей заставы. Но и тогда эти попытки в большинстве случаев были рассчитаны на рывок. То есть не на то, что мигранта не засекут, а на то, что он успеет проскочить быстрее, чем до него доберётся тревожная группа. Преодолеть эту полосу шириной от 500 метров до 3,5 километра — мы говорим о минутах или десятках минут.
Да и то мигранты часто блуждали. Это же лес, местность не просматривается. А сейчас мы видим мигрантов, которые сотнями бегут к забору с огромными лестницами, по которым перелезают его. Рывок с лестницей невозможен.
Помимо войскового компонента — то есть инженерного оборудования границы и службы пограничных нарядов, — есть оперативный. Это работа с населением. Если местные жители видят чужаков, они всегда сообщают пограничникам. Мы всегда работали с местным населением, у всех были контакты пограничников. Особенно здесь, на польском направлении, население было очень дисциплинированным. Невозможно представить, чтобы столько иностранцев блуждало в той местности и никто о них не доложил.
«Насмотрелись на войны, на отрезанные головы»
— Зачем мигранты швыряют в польских патрулей палки и камни?
— Когда мы видим, как пять-десять человек швыряют эти палки, мы понимаем, что они, скорее всего, границу сейчас не пересекут. В данный момент они привлекают к себе внимание и отвлекают на себя силы пограничников. Это делается для того, чтобы какая-то маленькая группа на другом участке могла перелезть через забор или раздвинуть его прутья. Протяженность границы около 400 километров, Польша не может выставить пограничника на каждом метре.
— Что это за люди, которые с оружием прикрывают проход мигрантов с беларусской стороны?
— Это было похоже на рогатку. Вряд ли кто-то позволит там использовать огнестрел. Но охотничьей рогаткой с железным подшипником, нормальной резинкой можно убить человека — при попадании в лицо, в глаз. Если попадет в тело, в одежду — навряд ли, но ранение может быть достаточно серьезным.
Что касается действий возможных сотрудников, то мне показалось, что тут больше суеты, чем действия. Смотреть на это все, конечно, противно на органическом уровне.
— Почему мигранты стали использовать ножи? Беларусские пограничники в курсе?
— Тут два варианта. Это может быть спонтанная акция мигрантов, уже озлобленных. Многие уже месяц живут в этом лесу, грязные, немытые, вонючие, все в клещах, с кучей болезней. И у них, допустим, жена или ребенок еще где-то в таком же положении. Они на нервах.
Эти ребята — своеобразный контингент. У них разный жизненный опыт, и у некоторых он очень сложный. Там много людей, которые на войны насмотрелись, на отрезанные головы. И для них пырнуть ножом человека — как для кого-нибудь дать пощечину хулигану, для них это не является каким-то табу.
И второй вариант — что это была провокация.
— Мигранты могли выйти из-под контроля беларусских силовиков?
— Нет. При желании их там законтролируют за пару дней. Если нужно будет, они будут строем ходить.
— Почему одни мигранты пересекают границу, а другим отводят роль штурмовиков?
— Могут быть разные условия. Кто-то больше платит и сразу попадает в группу на переход. Кому-то говорят, что сначала надо побыть в штурмовой группе, тогда нужно заплатить меньше.
«Нужно бороться с инфраструктурой незаконной миграции по эту сторону границы»
— Ежедневно в Польше фиксируют десятки и даже сотни попыток нелегально пересечь границу. Неужели столько мигрантов можно разместить?
— Запросто. В зависимости от заставы и 100 человек могут жить. Условия будут не очень, но комфортнее, чем в лесу. Их разместят, вода будет, еды подвоз будет, возможность помыться и даже какая-то медицина примитивная будет.
— Как ведут себя польские пограничники?
— Частенько замечал, что они иногда поворачиваются к забору спиной. Это опасно. Возможно, сказывается усталость из-за того, что так долго это продолжается. Момент, где пограничница оказывает помощь раненому солдату. Она повернута спиной к забору, хотя с той стороны в нее летят бревна.
— Польша вводит буферную зону. Это поможет?
— 200 метров — это минута очень медленного бега. Даже пешком пройдешь.
— А что поможет?
— Редко кто из мигрантов бежит, «абы перебежать». Как правило, по ту сторону границы их встречают. Они бегут в свои диаспоры, в свои общины. Они звонят своим людям в Германии и других европейских странах, вряд ли в Польше. Здесь далеко не самые комфортные условия для мигрантов. Поэтому нужно бороться с инфраструктурой незаконной миграции по эту сторону границы. Почитайте эмигрантские чаты. Там постоянно размещают объявления: тут нужен водитель, там нужен водитель. Понятно, что это ищут курьеров. Мне кажется, это можно взять под контроль.