Беларус Евгений Муравицкий, который попал в СИЗО во время протестов в Грузии, рассказал «Радыё Свабода», как его задерживали в Тбилиси и как к нему относились грузинские силовики.
«Меня схватили и понесли»
Евгений Муравицкий родом из Солигорска. Ему 25 лет. Он начинал учиться в БГУ, но отчислился и не получил высшего образования. Работал программистом. Жил в России, потом в Грузии, в Тбилиси. Последний год не работал, так как не мог найти подходящую работу.
По словам Евгения, его задержали в 6.50 утра 30 ноября. В тот момент он находился возле грузинского парламента на проспекте Руставели в Тбилиси.
В какой-то момент на них побежал спецназ, говорит беларус. Протестующие хотели уйти, но увидели, что улицу с другой стороны перекрывают силовики, поэтому остались на месте. Парень попытался стать в сцепку с товарищем. Больше никто не знал этого способа, поэтому сцепки не получилось. Силовики начали поливать их слезоточивым газом. Некоторых били ногами.
Евгений отметил, что он не сильно пострадал, в отличие от других. По его словам, никто не сопротивлялся силовикам, не оскорблял. Однако позже Муравицкого обвинили в «оскорблении полицейского».
«Меня схватили и понесли. Несколько раз успели ударить. Когда все лицо залито спреем, не очень понятно. Думаю, двое или трое человек меня несли», — вспоминает Евгений.
Он добавил, что когда в него распылили слезоточивый спрей, он был какое-то время дезориентирован. Сильно жгло глаза, лицо. Было трудно говорить. Маски или респиратора у него не было. Парень считает, что немного спасли обычные очки для зрения.
«Я им сказал, что я „русский“»
Пока Евгения несли, он сделал вид, что потерял сознание, чтобы его меньше били. Когда отнесли дальше от места протестов, по его словам, его еще несколько раз ударили ногой и полили водой. От воды ожоги стали еще больше жечь, поэтому он «очнулся».
«Когда спросили и я как-то смог раскрыть рот и что-то сказать, я им сказал, что я „русский“. Это было проще сказать, потому что когда говоришь, что „я беларус“, люди сразу не понимают, что это такое», — говорит Евгений.
Грузинские силовики расспрашивали, что он делал на протестах. Потом беларуса увели в автозак. По его словам, туда посадили столько человек, сколько было мест, не больше. Разрешали задержанным курить. Никого там уже не били. У некоторых забрали телефоны. Евгений потерял телефон во время задержания.
Потом Муравицкого отвезли в полицию Тбилиси. Руки во время перевозки стянули стяжками. Когда у него упала куртка, другие задержанные попросили силовиков поправить ее парню, потому что было холодно, и те помогли.
Переживали из-за температуры 37 градусов
Оттуда Муравицкого доставили в ИВС города Сигнахи, который находится более чем за 100 километров от Тбилиси. Везли его уже в наручниках. Туда для беларуса привезли переводчика и адвоката. В изоляторе никто из сотрудников не говорил ни по-русски, ни по-английски. Несколько раз его осматривали медики, чтобы зафиксировать повреждения. Одна из медиков говорила по-русски и помогала в общении с полицейскими.
По словам Евгения, в камерах в изоляторе размещались по двое человек. Выводили в туалет по первой просьбе. Разрешали курить. Состояние ремонта, по словам собеседника, было хорошим. В камере был стол.
Евгению измерили температуру. Бесконтактный термометр показал 37 градусов. Он видел, что сотрудники запаниковали. Температуру перемерили, новый результат был 36,8 градуса.
Проблема была в том, что Евгению нужно регулярно принимать определенные лекарства. Однако он не смог их получить во время пребывания в изоляторе. Сложности возникли в том числе из-за незнания им грузинского языка.
«Грузины — люди не чужие»
Евгения Муравицкого освободили из изолятора около 7.00 2 декабря. Никаких бумаг ему на руки не выдали. Завезти в Тбилиси его не смогли. Денег на дорогу у беларуса не было. Его из Сигнахи забрал друг.
На 3 декабря Евгения вызвали в миграционную службу Тбилиси. Он пока не знает, о чем будет разговор.
