Владимир Путин 19 октября подписал указ, по которому на аннексированных территориях Украины вводится «полное» военное положение, а в остальной России — «частичное», сразу после этого государственные и провластные СМИ получили очередную методичку из Кремля — о том, как нужно рассказывать зрителям и читателям о путинском указе. Документ есть в распоряжении редакции «Медузы».
Новые «рекомендации» начинаются с ключевого указания для пропаганды: «Важно успокоить аудиторию — ничего существенного не поменялось!»
В подтверждение этого тезиса пропагандисты должны рассказать, что военное положение объявлено «только в четырех территориях» (то есть в аннексированных украинских регионах), где оно либо уже было введено до «присоединения к России», либо «действовало по фактическому положению вещей» (это и правда так).
Ограничения, которые вводятся в других регионах, «рекомендуется» объяснять заботой о «защите критически важной инфраструктуры».
В целом же администрация президента (АП) РФ «советует» пропаганде провести параллель между введением военного положения и российским опытом борьбы с ковидом. Тогда, как и сейчас, российские губернаторы получили дополнительные полномочия, а на федеральном уровне координацией работы занимались премьер Михаил Мишустин и мэр Москвы Сергей Собянин.
В тексте, подготовленном в АП, пропагандистам «рекомендуют» сделать акцент на том, что теперь чиновники займутся «мобилизацией промышленности, ориентированием экономики на работу под задачи армии и мерами поддержки мобилизованных и их семей». Отдельно в методичке Кремля отмечено, что это будет сопровождаться «сокращением бюрократии».
«Используется опыт борьбы с коронавирусом, когда все менялось быстро», — подчеркнули составители документа ключевой тезис.
Пропагандисты — как и сам Владимир Путин — постоянно утверждают, что Россия очень эффективно справилась с пандемией. Например, в 2021 году президент рассуждал об этом так:
«Там [на Западе] высокий уровень здравоохранения и промышленности, достижения замечательные, нам еще далеко по некоторым направлениям до них, но это для определенной публики. А у нас — для подавляющего большинства населения. И способности к мобилизации у них нет, как оказалось, у нас лучше. Мобилизация всей системы здравоохранения и промышленности [в России] оказалась просто несравнимо выше, чем в европейских странах и Штатах, там вообще просто развал какой-то».
Эта оценка имеет мало общего с реальностью. Как неоднократно рассказывала «Медуза», Россия провалила кампанию вакцинации (хотя очень рано смогла произвести вакцину); при этом власти из экономических соображений отказались вводить жесткие ограничения, которые могли бы сгладить большую часть «волн» эпидемии. В результате, по подсчетам ученых, смертность в России от коронавируса оказалась одной из самых высоких в мире, как в абсолютном выражении (избыточная смертность — около 1,2 миллиона человек), так и на душу населения (более 800 на 100 тысяч человек).