С началом полномасштабной войны в Украине число людей, подпадающих под экстремистские статьи в России, серьезно выросло. Эти статьи резиновые — подвести под них можно почти все, что угодно. «Абсурд не поддается статистической оценке», — считает Игорь Кочетков, российский правозащитник и ЛГБТ-активист. Тем не менее «Важные истории» решили, что такая оценка, пусть даже очень примерная, будет вполне уместной.
Подсчет экстремистов
Против войны — 20 млн. Доля россиян с антивоенной позицией, согласно опросам, составляет 19−20% взрослого населения, это более 20 млн человек. Все они могут подпасть под административную или уголовную статьи о дискредитации Вооруженных сил РФ и о распространении ложных сведений («фейков»). Этими статьями, введенными в 2022 году, государство пытается воспитать из россиян настоящих Z-патриотов. Наказание можно получить, например, за плакат с давней антивоенной цитатой Путина (про то, что война приносит горе), за высказывание на уроке (про «день победы над роддомом») или в поликлинике (про справедливость действий ВСУ), за разговор с коллегами (про гибнущих украинских детей), за антивоенные татуировки, надписи на одежде, стенах, ценниках в супермаркете, за пение и танцы под «Гуляночку» Верки Сердючки и под «Червону Калину».
Антивоенно настроенные россияне могут быть привлечены к уголовной ответственности и по довоенным статьям — о публичных призывах к экстремистской/террористической деятельности. Например, российский социолог Борис Кагарлицкий получил пять лет колонии за «оправдание терроризма», которое суд увидел в видеоролике о взрыве на Крымском мосту. Против педиатра из Благовещенска Марии Мехедовой возбудили уголовное дело за комментарий под новостью о гибели Z-блогера Владлена Татарского: «Никогда бы не подумала, что когда-нибудь буду радоваться этому. Прости меня, Господи, за это».
ЛГБТ — 3 млн. В ноябре 2023 года Верховный суд признал несуществующее «международное общественное движение ЛГБТ» экстремистской организацией и запретил его деятельность. Из решения следует, что признаками участия в «движении ЛГБТ» являются, например, использование феминитивов и радужная символика.
Первые случаи применения новой нормы, по словам Игоря Кочеткова, свидетельствуют, что она может быть задействована против кого угодно вне зависимости от сексуальных предпочтений. Так, жительница Нижнего Новгорода получила пять суток ареста за радужные сережки. «Четких критериев нет, что неслучайно. Эта мера направлена на запугивание как можно большего количества людей, чтобы не то чтобы о своей сексуальной ориентации — о любом инакомыслии боялись заикнуться», — уверен правозащитник и ЛГБТ-активист.
Надежных данных, сколько в России ЛГБТ, мы не нашли. В США себя идентифицируют как ЛГБТ 5,5% взрослого населения, в Канаде — 4%. В разных странах доля ЛГБТ-персон составляет 3−5% населения, говорит Кочетков. Возьмем меньшую цифру: 3%, тогда получится, что в России только ЛГБТ — не менее 3 млн, подпадающих теперь под экстремистские статьи. Плюс неизвестное количество миллионов гетеросексуалов, которые считают, что у ЛГБТ есть право открыто существовать как ЛГБТ.
За Навального — 10 млн. Организации политика Алексея Навального и его сторонников — Фонд борьбы с коррупцией, Фонд защиты прав граждан и штабы Навального — летом 2021 года были признаны экстремистскими, а с сентября того же года их деятельность в Следственном комитете стали рассматривать как деятельность экстремистского сообщества. Под запрет попала символика, например изображение красного восклицательного знака. В феврале 2022 года деятельность Навального одобряли 14% респондентов, в январе 2023 года — уже 9%. В пересчете на взрослое население это 10−15 млн россиян.
Facebook и Instagram — 40 млн. С началом войны суд признал экстремистской деятельность американской компании Meta Platforms Inc. по реализации ее продуктов — социальных сетей Facebook и Instagram. И хотя в решении суда сказано, что оно «не ограничивает действий по использованию программных продуктов компании Мета физических и юридических лиц, не принимающих участие в запрещенной законом деятельности», российские пользователи Facebook и Instagram оказались потенциальными правонарушителями, считают в центре «Сова». Месячная аудитория (число тех, кто хотя бы раз пользовался сервисом за месяц) Instagram в России на октябрь 2023 года составила 25 млн человек, а Facebook — 18 млн. Пока россиян арестовывают и штрафуют только за логотип продукции Meta. «Но теоретически и просто пользователи Facebook и Instagram могут подпасть под статью за экстремизм, хотя власти и обещали не трогать. Сам запрет Meta настолько кривой, что непонятно, что именно запрещено», — замечают в центре «Сова».
«Умные» репрессии
Число уголовных и административных дел по экстремистским статьям при этом измеряется не миллионами, а тысячами. Согласно базе данных «ОВД-инфо», с 2012 года в России заведено 3,6 тыс. политически мотивированных уголовных дел. Административных значительно больше — только с марта 2022 года по октябрь 2023 года и только по «дискредитации» армии в российские суды поступило более 8 тыс. протоколов, следует из данных судов, собранных «Медиазоной».
«Пока не введено чрезвычайное судопроизводство, массовых репрессий в России не будет. Нас слишком много», — считает Кочетков. Небольшое количество дел компенсируется демонстративной жестокостью приговоров, отмечают авторы обзора Re: Russia, посвященного анализу репрессивной политики в 2023 году: «Власти стремятся, не слишком увеличивая масштабы репрессий, добиваться при этом максимального демонстрационного и запугивающего эффекта». Ужесточение практики наказаний заставляет людей вести себя осмотрительнее — страх работает, считают они.
«Репрессии в России не являются массовыми, но уже являются системными и плановыми, — рассуждает основатель Re: Russia Кирилл Рогов. — При этом план пока невысокий. Мы видим в пределах тысячи новых политических и околополитических уголовных преследований в год. Ограничений с точки зрения организационных возможностей — количества оперативников, следователей, мест в тюрьмах и прочего — при таких оборотах, в общем, нет. Нарастить до нескольких тысяч в год вполне можно. Ограничение тут сверху: Кремль считает, что это достаточный уровень „умных“ репрессий. Но не факт, что такое понимание „ума“ не изменится в будущем».