Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Три вида рака, которыми чаще всего заболевают беларусы, — Минздрав
  2. Лукашенко отправил руководить проблемной Витебской областью человека «системного, с военным характером»
  3. «В нашей деревне все знают, что мой муж — политзаключенный. Родители восприняли это как позор». Монолог жены
  4. Пели не на русском языке, на сцене был сын. Минск заполонила российская эстрада — что (не) понравилось беларусам
  5. В Минобороны рассказали, когда сбивают беспилотники, которые залетают в Беларусь «с одной противоборствующей стороны и с другой»
  6. Рекордный с начала года объем торгов по доллару: каким будет курс во второй половине ноября? Прогноз по валютам
  7. За использование лазерной указки можно получить «вплоть до 15 лет» колонии. В МВД перечислили статьи
  8. Проблема с яйцами от комбината «Дзержинский» хуже, чем может казаться. Насколько на самом деле опасна такая плесень
  9. «А какой реакции вы хотите от меня?». Позвонили на станцию скорой помощи, где работает врач, которая травила блогерку с инвалидностью
  10. В Литве учителя бастуют из-за зарплат. Сравнили их доходы с заработками беларусских коллег — вышло показательно
  11. На месте престижного ЖК в Минске еще недавно была колония, а раньше — лагерь НКВД и место нацистских расстрелов. Рассказываем
  12. «Для гроба такая скорость». Что известно о молодой паре, разбившейся в смертельном ДТП в Стародорожском районе
  13. ВСУ нанесли удар по Крымскому мосту. Атакованы также нефтебаза и газовая станция в Ростовской области РФ, власти сообщают о пострадавших
Чытаць па-беларуску


/

Во время встречи с беларусами Вильнюса 8 мая у Виктора Бабарико спросили, что делать, чтобы освободить «заложников». Так одна из присутствующих назвала политзаключенных. Отвечая на вопрос, Бабарико рассказал о своем сыне Эдуарде и о том, что с февраля с ним нет связи.

Эдуард Бабарико в суде. Минск, 22 мая 2023 года. Фото: БЕЛТА
Эдуард Бабарико в суде. Минск, 22 мая 2023 года. Фото: БЕЛТА

— Заложники — это самое последнее и самое низкое, что может предпринимать твой противник. В любом мире так. Но самое страшное даже в самом уголовном низком мире — брать в заложники детей, считается просто [за гранью]… Этого не прощают никогда и нигде. Это правда, — сказал Бабарико. — Поэтому, с моей точки зрения, это еще один признак абсолютного бессилия и страха перед тем, что в 2020 году беларусский народ продемонстрировал. То есть это дикий животный страх. И его каким-то образом пытаются заглушить и не дать реализоваться.

— А расскажите о вашем сыне Эдуарде. Он такой же заложник? — задали вопрос из зала.

— С моей точки зрения — безусловно, мой сын является заложником. Когда у меня спрашивали: «Вот когда, ты думаешь, тебя выпустят?», я гордо выпячивал грудь: «7 декабря 2033 года в лучшем случае». Они спрашивали: «Как в лучшем случае?» Но все, кто сидел, знают, что такое 411-я статья (Злостное неповиновение администрации исправительного учреждения. — Прим. ред.). Поэтому я и говорил: «Только в лучшем случае этого можно ожидать». Я был в какой-то части уверен: либо мы останемся вместе, либо он (Эдуард. — Прим. ред.) выйдет первым. Как и в 2020 году, я не верил, что до соревнований будут, условно говоря, переломаны ноги бегуну. Так и здесь — я не верил, что режим может оставить заложниками детей. Но, к сожалению, это было сделано. Сейчас он находится в тюрьме. То есть он был осужден по 411-й статье. Соответственно, это самый, наверное, самый жесткий инструмент давления. Человек, который получает эту статью ни за что (а нужно понимать, она ни за что применяется), понимает психологически следующее: «Ты будешь сидеть пожизненно». Получить в 36 лет понимание пожизненного заключения очень непросто.

— Есть какая-то связь с ним или тоже информационный вакуум?

— Ну, у него была связь разрешенная — официальная, редкая, а с февраля опять нет. То есть у него периодически возникают вот такие «зоны молчания», — заключил Виктор Бабарико.

Напомним, Эдуард Бабарико 5 июля 2023 года был признан виновным по ч. 2 ст. 243, ч. 6 ст. 16 и ч. 1 ст. 342, ч. 6 ст. 16 и ч. 3 ст. 130 УК (Уклонение от уплаты налогов, повлекшее причинение ущерба в крупном размере, оказание пособничества в организации групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок, и оказание пособничества в организации умышленных действий, направленных на возбуждение вражды и розни по признаку социальной принадлежности).

Ему дали восемь лет исправительной колонии в условиях усиленного режима со штрафом в размере 5000 базовых величин (185 000 рублей) без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Производство по уголовному делу по ч. 2 ст. 235 УК (Отмывание средств, полученных преступным путем) было прекращено в связи с «отказом гособвинителя от обвинения.

Также 9 июля 2024 года в Бобруйске над Эдуардом состоялся суд по ч. 2 ст. 411 УК (Злостное неповиновение администрации колонии). Дело рассматривал судья Павел Картинин, который добавил политзаключенному еще два года. Эдуард подал на апелляцию, но безуспешно. После этого его перевели в исправительную колонию строгого режима № 11 в Волковыск. За пять месяцев содержания там Эдуарда администрация колонии инициировала возбуждение уже второго дела по ч. 2 ст. 411 УК. Процесс над политзаключенным стартовал 20 февраля в суде Волковысского района, но какое решение было принято, неизвестно. Правозащитники сообщили, что в апреле 2025 года Эдуарда этапировали в ИК № 8.