Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «А какой реакции вы хотите от меня?». Позвонили на станцию скорой помощи, где работает врач, которая травила блогерку с инвалидностью
  2. Рекордный с начала года объем торгов по доллару: каким будет курс во второй половине ноября? Прогноз по валютам
  3. На месте престижного ЖК в Минске еще недавно была колония, а раньше — лагерь НКВД и место нацистских расстрелов. Рассказываем
  4. За использование лазерной указки можно получить «вплоть до 15 лет» колонии. В МВД перечислили статьи
  5. Три вида рака, которыми чаще всего заболевают беларусы, — Минздрав
  6. «Для гроба такая скорость». Что известно о молодой паре, разбившейся в смертельном ДТП в Стародорожском районе
  7. Проблема с яйцами от комбината «Дзержинский» хуже, чем может казаться. Насколько на самом деле опасна такая плесень
  8. Пели не на русском языке, на сцене был сын. Минск заполонила российская эстрада — что (не) понравилось беларусам
  9. Лукашенко отправил руководить проблемной Витебской областью человека «системного, с военным характером»
  10. «Соседи тоже не поддержали — их слова и насмешки были как гвозди в сердце». Монолог жены политзаключенного
  11. В Минобороны рассказали, когда сбивают беспилотники, которые залетают в Беларусь «с одной противоборствующей стороны и с другой»
  12. ВСУ нанесли удар по Крымскому мосту. Атакованы также нефтебаза и газовая станция в Ростовской области РФ, власти сообщают о пострадавших
  13. Соболенко прокомментировала скандал с ее матерной фразой после проигрыша украинке
  14. На Земле впервые словили верхнюю часть ракеты, вернувшуюся на стартовую площадку из космоса
  15. «Любовью никогда не займешься и дочки у тебя никогда не будет». Врач скорой травит блогерку с инвалидностью


Популярная минская кофейня LЁN недавно запретила посетителям работать на ноутбуках и планшетах за столиком. С тех пор идет дискуссия: работать из заведений общепита — ок или моветон. И сколько денег стоит оставлять в заведении, чтобы точно ок. Devby.io собрал мнения беларусов-удаленщиков по этому вопросу.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

.NET-разработчик Олег (имена изменены) в недавнем прошлом сам был владельцем кофейни. Он говорит, что может понять экс-коллег — те стремятся увеличить выручку, но решение не пускать в заведение клиентов с ноутбуками и планшетами все же считает дискриминацией:

— Иногда айтишник ведет себя тише, чем болтливые подружки. Да и целая компания людей может заказать на меньшую сумму (из расчета на одного) — а сидеть полдня.

Можно ли найти компромисс — говорит, да: «Математика простая: посчитать, сколько в среднем тратит за час в кофейне человек без компьютера (в каждой кофейне сумма своя), и умножить на время. Например, средний чек вышел 10 рублей/час — тогда, если условный айтишник потратит 30 рублей, пусть сидит 3 часа».

— Но реализовать на практике сложно: вы можете представить, чтобы работники кофейни засекали время и проверяли, кто сколько сидит, — это же бред!

Алиса — UX/UI-дизайнер, по совету своего психолога иногда работает в кофейнях:

— С переходом на удаленку мой круг общения резко сузился. Психолог посоветовала время от времени менять обстановку — и работать где-то в городе, среди людей.

Что я могу сказать: работа из кофейни для меня не работа — мне сложно сосредоточиваться в публичных местах. Поэтому я прихожу с утра, когда посетителей мало, делаю несложные задачи, ну и по времени сижу час-полтора — не больше. Беру кофе с пирожным или круассан — в среднем на 15−20 рублей.

Бывает, вне работы мы встречаемся в кафе с подружками. Можем заказать по салатику и большую пиццу на всех плюс чайничек чая — и сидеть болтать несколько часов. Из расчета на час времени наш общий чек выходит даже меньше, чем мой «рабочий». И что, далее стоит запретить приходить в заведения женщинам по трое-четверо?

Тестировщик Игорь много путешествует: «зимует» на Бали, а летом ездит по Европе. Он говорит, что старается работать в коворкингах, а кафе — это всегда крайний вариант.

В свою первую поездку на Бали он даже выкупил место в коворкинге заранее — а потом понял, что поторопился. Уже на месте молодой человек сменил один дом на другой (хозяин был тот же), в котором, в отличие от первого, были все условия для работы.

Игорь говорит, если он все же работает в кофейне, то берет полноценный обед и не скупится на чаевые (15% может оставить).

— И я понимаю, почему у «Льна» возникла проблема, которую пытаются решить запретами на ноутбуки и планшеты: сам пару раз заходил туда с друзьями — и не находил места. При этом людей с ноутбуками за столиками видел, и их было немало.

Что до необычных мест, где еще приходилось работать Игорю, — это и аэропорты, и самолеты, пробовал работать на пляже, но быстро понял: «шезлонг — худшее „кресло“, которое можно придумать, для работы. Уж лучше устроиться за столиком на террасе с видом на море».

Фронтенд-разработчица Елена удаленно работает четвертый год, стабильно дважды в неделю она проводит день в кофейне:

— Работая в кафе, я видела сессии с психологом без наушников на все заведение, многочисленные встречи дизайнеров/строителей/бухгалтеров и свадебных организаторов, прямые трансляции блогеров. Люди часто используют кафе как офис — и делают совсем небольшие заказы.

Я считаю, что имею право занять только маленький стол (на двоих), и если я сижу больше часа-двух — беру два комплекта еды: например, завтрак с кофе и небольшой обед. Но я вижу, как многие люди садятся за большой стол с одним только кофе на полдня.

Что касается решения кофейни LЁN запретить ноутбуки и планшеты у себя в заведении, то я считаю, что оно имеет место быть. Разве что сама я на их месте не полностью ограничила бы вход с компьютерами, а выделила для таких посетителей отдельную зону (у них есть такая возможность). Вот в «Маяке Минска» на днях открылась кофейня именно с такой политикой.

И кстати, в соцсетях LЁN я читала радостные комменты эсэмэмщиков о том, что они как раз продолжат работать там — с телефонов.

Елена рассказала также, что у нее есть опыт работы не только в кофейнях — но из бассейна и спа.

— Приходилось брать комп с собой, когда горела задача и нужно было что-то пофиксить или находило тестирование — а поход в спа уже был запланирован заранее.

А еще девушка рано вернулась к работе после родов — ее малышу было на тот момент два месяца, так что часто она кормила ребенка во время звонков, чтобы тот не плакал и не мешал занятой маме, и во время работы. «Но кормила так только дома», — добавляет Елена.

Читайте также на devby.io:

«Некуда бежать с детьми». Жена айтишника рассказывает про трудности миграции

«Будет знать, откуда родом». Вернулись в Беларусь рожать — три истории

Въезд в Польшу с визой PBH ужесточили. Вот какие документы нужны